Анна Григорьевна Достоевская (1846-1918) была со своим мужем, по ее собственным словам, различной конструкции, разного склада, несовпадающих воззрений, но они `всегда оставались собою`, нимало не вторя и не подделываясь друг к другу `и не впутывались своею душою - я - в его психологию, он - в мою, и таким образом мой добрый муж и я - мы оба чувствовали себя свободными душой. Федор Михайлович так много и одиноко мыслящий о глубоких вопросах человеческой души, вероятно, ценил это мое невмешательство в его душевную и умственную жизнь... Его отношения ко мне всегда составляли какую-то `твердую стену, о которую (он чувствовал это) он может опереться или, вернее, к ней прислониться. И она не уронит и согреет`.
